Если вы ищете перемены в поведении управляющих резервами центральных банков в отношении их валютных предпочтений, то случай Швейцарии — любопытный пример. Доллар в меню исключен, пишет обозреватель Reuters.
Давняя борьба Национального банка Швейцарии с дефляционными эффектами сверхсильного франка возобновилась в этом году с новой силой, поскольку шок, связанный с введением пошлин в США, привел к падению доллара и заставил инвесторов искать безопасные убежища, такие как золото и франк.
В связи с тем, что годовая инфляция в Швейцарии впервые за четыре года опустилась до отрицательных значений, Национальный банк Швейцарии (SNB) в июне вновь снизил процентные ставки до нуля. Кроме того, он активно вмешался в ситуацию на открытом рынке, чтобы ослабить франк, резко укрепившийся в начале второго квартала.
Во вторник квартальное обновление баланса SNB показало, что в период с апреля по июнь банк приобрел иностранную валюту на сумму 5,06 млрд швейцарских франков ($6,36 млрд). Это крупнейшая квартальная валютная интервенция за более чем три года, позволившая пополнить его резервные активы на сумму $1,1 трлн.
Столь же необычным, учитывая обстоятельства весны и тенденции последних лет, было то, что, судя по всему, последняя интервенция была направлена почти исключительно на покупку евро.
Большинство аналитиков полагают, что одной из главных целей более широкой торговой политики Дональда Трампа является ослабление доллара, курс которого администрация считает сильно завышенным.
«Это означает, что будущие валютные интервенции Национального банка Швейцарии, скорее всего, будут сосредоточены на евро, в результате чего курс доллара к франку будет более свободно определяться рынком», — сказал стратег Societe Generale Оливье Корбер.
Почему все это имеет значение за пределами Швейцарии? Во-первых, это говорит о том, что протекционистские действия Вашингтона вполне могут повлиять на то, как управляющие резервами центральных банков вмешиваются в валютные рынки и где они хранят эти резервы.
И это имеет огромное значение, поскольку на этой неделе МВФ заявил, что центральные банки мира в настоящее время в совокупности владеют почти $13 трлн в твердой валюте, и 56% из них по-прежнему находятся в долларах.
Кроме того, Национальный банк Швейцарии размещает свои резервы в широком спектре иностранных активов: две трети — в государственных облигациях, но до 25% — в акциях, причём значительная часть — в американских мегакапитализированных компаниях.
